С 1 марта в силу вступил закон № 168-ФЗ, который называют законом о защите русского языка. Теперь вся публичная информация для потребителей должна быть на кириллице. Речь идёт про вывески, сайты, рекламу, указатели, меню. Закон не затрагивает бренды, написание которых на иностранном языке зарегистрировано как торговая марка. Все остальные слова, написанные латиницей, можно оставить только в том случае, если рядом есть русскоязычный аналог. Biz360.ru спросил предпринимателей, что им пришлось поменять в своей работе из-за закона о защите русского языка и во сколько обошлись нововведения.
Борис Колесников,
основатель сети музыкальных магазинов Skifmusic
- Проблема в том, что чётких рамок и единых трактовок принятых изменений нет: разные специалисты понимают поправки о русификации по‑разному. Мы обращались в несколько юридических бюро и получили противоречивые ответы. При этом сам закон построен так, что под него теоретически можно «подтянуть» почти любого предпринимателя с сайтом, витриной, магазином или офисом.
Наше название Skifmusic уже много лет зарегистрировано как торговая марка, поэтому мы имеем право использовать англоязычное название бренда. Нам пришлось бы сложнее, если бы такой регистрации не было. Тогда пришлось бы менять все вывески у офлайн-магазинов. Хорошо, что обошлось без этого. У нас более 40 магазинов по франшизе по всей стране, и мы постоянно синхронизируемся с партнёрами, помогаем им с консультациями.
Англицизмы вроде «Sale» мы постарались убрать везде, где нашли на нашем сайте. Но нужно понимать масштаб: нашему бизнесу 21 год, на сайте у нас сотни статей и более 300 тысяч карточек товаров. Одномоментно вычистить такие слова, даже используя технические методы, практически невозможно. Наш отдел маркетинга занимается этим уже несколько месяцев. Процесс долгий и ресурсоёмкий. К сожалению, он не про рост выручки и налогов, а про наши траты времени и сил.
Сейчас, чтобы выполнять требования закона, мы делаем доработки в офлайн и онлайн. Общую сумму затрат ещё не считали, но это уже однозначно сотни тысяч рублей. Ведь это как минимум рабочее время наших сотрудников.
В массе своей наши клиенты не замечают произошедших изменений. Те, кто далёк от бизнеса, в целом не понимают, что происходит, и многие вообще не знают о существовании такого закона.
С одной стороны, он поддерживает русский язык. С другой, не помогает развитию предпринимательства. Подобным нормам нужен большой переходный период, и они не должны иметь обратной силы. Если вывески повесили год, два или десять лет назад, бизнес должен продолжать спокойно работать с ними, а не менять их из-за написания. Новые требования логично применять к новым проектам. И вообще мир интернационален, использование разных языков и алфавитов – это нормально.
Юлия Орлова,
основатель бренда косметики «Юлия Орлова»,
автор проекта «Формула здоровья»
- Мы работаем преимущественно онлайн. У нас есть сайт, Telegram-канал, паблик в «ВКонтакте», кроме того, продаём свою продукцию на маркетплейсах. Поэтому русификацию мы начали не с вывесок, а с аудита названий продукции и коммуникаций с клиентами.
Из-за вступления в силу закона о защите русского языка мы решили проверить, какие используемые нами слова остаются допустимыми, а что требует замены или уточнения. Некоторые названия продуктов нуждались в русификации. Выяснилось, что слово «баттер» (твёрдое масло для тела) в словарях не закреплено, поэтому пришлось уточнить название и добавить эквивалент на русском. Главная сложность в том, что русификация – это не механический перевод, а поиск корректных, понятных и при этом коммерчески пригодных формулировок. Например, если переводить буквально, то «маска-стик» будет звучать как «маска-палка». У нас же в итоге она стала маской-карандашом.
Труднее всего было вручную просматривать все названия, которые могут требовать замены и сверять их с несколькими словарями. Конечно, есть сервисы для экспресс-проверки, но мы им пока не очень доверяем.
В ходе работы сделали интересные наблюдения. Оказывается, некоторые заимствованные слова уже стали словарной нормой, например «антиэйдж» (антивозрастной). А вот популярное слово «лайк», означающее реакцию на пост, осталось в серой зоне.
Отдельно мы пересмотрели контент-планы, посты и тексты для рекламных и информационных материалов, потому что в них накопилось довольно много слов, нуждающихся в проверке.
Самый непростой и пока не до конца урегулированный для нас вопрос – соответствие новых названий уже закреплённым в документах. Например, в сертификатах на нашу продукцию указаны прежние наименования, такие как «баттер» и «маска-стик», эти же слова стоят на этикетках. При этом маркетплейсы очень строго следят за соответствием названия товара в карточке с маркировкой и документами. Поэтому сейчас основная сложность не в том, чтобы подобрать подходящее русское слово, а в том, чтобы понять, как корректно привести в соответствие с требованиями торговых площадок документы и упаковку. Пока ждём пояснений юристов.
У нас русификация заняла три полных дня, но мы продолжаем вносить правки по необходимости, поскольку речь идёт о ревизии всей системы коммуникации. В онлайне вносить изменения проще, но даже для цифрового бизнеса это серьёзный объем работы: нужно проверить сайт, карточки товаров, описания, посты, баннеры и рекламные формулировки.
В нашем случае основные затраты на русификацию связаны не столько с производством новых носителей, сколько с рабочим временем команды, юридической и редакторской проверкой и необходимостью синхронизировать формулировки на всех площадках. У бизнеса прибавилось больше ручной работы. Теперь необходимо более внимательное отношение к каждому слову – не только в названии продукта, но и в постах, статьях и промоматериалах. Мы будем тщательнее выстраивать язык бренда, внесём изменения в редакторскую политику.
Андрей Коннов,
основатель и директор
агентства Konnov Media
- Мы здесь дуем на воду, потому что непонятно, как закон отразится на отрасли и всём российском бизнесе. Мы стараемся перестраховываться, поэтому теперь в предложениях клиенту все англицизмы расшифровываем. Например, пишем так: «PR (пиар)», «CTR – соотношение кликов к показам», «event-маркетинг – мероприятия», «комьюнити-маркетинг – построение сообщества и работа с ним». Даже название агентства дублируем на русском языке, чтобы потом не влететь на штраф.
У нас столько документов и столько планов, что на работу с ними понадобится ещё дней пять. Дополнительных расходов, думаю, это не повлечёт. Мы видим, что наши клиенты на изменения реагируют с пониманием.
Честно говоря, сами требования закона кажутся необычными и где-то даже излишними. С одной стороны, какие-то анахронизмы правовые отменяют, чтобы бизнесу стало легче дышать. А с другой стороны, вводят новые требования и штрафы. И таким образом бизнесу становится всё тяжелее.
Алексей Гончаренко,
партнёр группы Minale Tattersfield в России,
гендиректор компании «А энд А»
Мы занимаемся брендингом и неймингом уже много лет. В компании давно придерживаемся простого принципа: любые термины объясняем клиентам и аудитории максимально доступно. Если используем термин «нейминг», обязательно объясняем, что это разработка названия. Если «брендинг», уточняем, что это создание бренда. Для нас это обычная рабочая практика, не связанная с новыми требованиями.
Что касается закона о защите русского языка, то пока нет чёткого понимания, попадут ли эти слова под обязательную замену. Но если потребуется, думаю, мы быстро приведём документацию в соответствие. Это займёт некоторое время на сверку коммерческих предложений, договоров и сайта, но серьёзных расходов или сложностей не вызовет.
***
Чтобы не пропустить интересную для вас статью о малом бизнесе, подпишитесь на наш Telegram-канал и страницу в «ВКонтакте».
